Чернышева Владислава Андреевна, МБОУ СОШ №3, 9 класс

Славянский район

                                      Музейное закулисье

                                     Записки реставратора

                              ( Большая дерзость маленькой ученицы)

      Сегодня первый день моей работы в Русском музее! Первый день взрослой жизни. За плечами средняя школа, художественная школа, колледж искусств, Академия Репина. И вот я — реставратор, правда, стажёр, в Русском музее Санкт-Петербурга.

     Стою перед главным корпусом музея, оглядываю Михайловский дворец... он необозрим. Огромное здание с коринфскими колоннами, стройными рядами окон. Анфилады залов. Как давно я мечтала об этом дне! Вчера узнала, что Русский музей расположен на площади, равной Ватикану. Вот так! Целое государство культуры в нашей северной столице. Государство, которое хранит связь времен, минувшие эпохи в своих выставочных залах.

      Поднимаюсь по мраморным ступеням широкой Парадной лестницы. Останавливаюсь, чтобы перевести дух. Меня и посетителей приветствует бывший директор, а ныне Почетный президент музея, Владимир Александрович Гусев — высокий седовласый мужчина с аккуратной бородкой, движения его преисполнены благородства. Операторы, камеры, фотовспышки немного отвлекают от его праздничной, приподнятой и воодушевленной речи о значении Русского музея для нашей истории и осознания себя в мире.

      Вот это удача! В первый день — и такой праздник! Неудивительно, что здесь ведутся съёмки, ведь этот год юбилейный, 125 лет «Русскому музею императора Александра Третьяго» - именно так, по-старинному, написано огромными золотыми буквами на подъёме многомаршевой лестницы.

      Мы с экскурсантами идем по длинному коридору, не успевая осмотреться по сторонам: великолепные статуи, картины в золотых рамах, сияющая лепнина на потолке, блеск бронзовых завитушек на лестницах, тяжеловесные старинные люстры...Знаменитый Белоколонный зал... Сколько в этих залах картин, скульптур... иконопись, декоративное творчество!

    Нас ведут в «святая святых» музея - в «Отдел технологических исследований». Команда экспертов рассказывает о том, какими современными методами пользуются технологи при изучении художественного полотна. Сюда, кстати, я пришла сегодня, чтобы устроиться на работу. С трепетом осматриваюсь в лаборатории.

    Ассистент наводит инфракрасную камеру на картину Кузьмы Петрова-Водкина «Колхозницы»— и вдруг на большом экране мы видим то, что скрыто внутри: между загорелыми, грубоватыми лицами женщин выступает мужской подбородок, а потом становится виден и весь образ. Невозможно его спутать ни с кем — это же Пушкин! Все присутствующие ахнули...

• Кузьма Сергеевич Петров-Водкин, художник соцреализма, чрезвычайно любил творчество Пушкина, - рассказывает руководитель отдела Светлана Викторовна Римская-Корсакова, красивая в своем пожилом возрасте: её серебристые волосы собраны бархатной заколкой, белая с рюшами блуза контрастирует с черным сарафаном.

- Даже при написании портрета Владимира Ильича Ленина художник изобразил вождя, задумавшимся над книгами великого поэта. Вот эта картина, взгляните...Как и Пушкин, Петров-Водкин жил несколько лет в Царскосельском лицее, снимал там с семьёй квартиру. Напитавшись энергетикой этих мест, вынашивал в себе образ национального гения.

• Гениус лоци... - задумчиво произнёс мужчина  в бежевой рубашке, ходивший вместе с нами.
• Да, можно и так сказать, - подхватила Светлана Викторовна, - Genius Loci - гений места — так называли древние римляне особый дух места, он может быть благодатным, может стать злым проклятием. Ведь люди своими делами, творениями, мыслями, энергетикой напитывают место, где долго находились...

Приближался 1937 год — юбилейный — столетие со дня гибели Пушкина. Союз советских художников готовится к юбилейной выставке, Петров-Водкин усиленно работает над полотном «Пушкин в Болдино».

    Несколько месяцев он разрабатывает эскизы к картине, прописывает силуэт поэта, его лицо, голову, правую ногу, закинутую на левую, известный посетителям Болдино кожаный диван, письменный стол, книги, спящего кота... Давайте посмотрим на экране. Вот вся картина, которая была сфотографирована в конце работы Александром Ивановичем Бродским, моряком и фотокорреспондентом. Труднее всего давалось, конечно, лицо. Как оживить всенародно любимого поэта? У нас есть копия письма Кузьмы Сергеевича об этом этапе работы: «Пушкину не повезло в изоискусстве, ибо сам он величайший мастер образа, и его трудно дополнить». Чтобы портрет был реалистичным, художник постоянно держал при себе гипсовый слепок — посмертную маску поэта. Вот, у нас она тоже висит на стене. Похожи образы? Он жалуется своей дочери: «Не идет картина, не идет...» Как вы думаете, что случилось дальше?

     Слушатели озадаченно молчали. Высокий парень в очках негромко предположил: «Решил уничтожить?»

• Да, - воодушевленно подхватывает слабым, чуть вибрирующим голоском Светлана Викторовна, - тяжела судьба художника, который не может достичь своего идеала. Так Гоголь в часы уныния и тяжелой депрессии сжигает второй том «Мертвых душ», так Петров-Водкин в досаде разрезает холст пополам. Но линия разреза пощадила фигуру и лицо поэта, пройдя чуть правее центра картины. Остался лишь этот чёрно-белый снимок, доказывающий, что картина была. Что же послужило причиной, подтолкнувшей поэта уничтожить картину?
• Союз художников отклонил работу Петрова-Водкина... - пробормотал мужчина в бежевом. - И пришла та самая минута...
• Вот так бывает, - подтвердила Римская-Корсакова. - Мы не знаем причин, почему жюри не оценило картину. Давайте всмотримся в изображение и попытаемся понять, в чём дело? Мы видим тонкую, невесомую фигуру Поэта, его артистически прекрасные руки, светлое чудное лицо. Вам нравится здесь Пушкин?

• Да... хорошо получилось...- вразнобой сказали слушатели.
• Тогда почему художник и комиссия считали картину не совсем удачной? Почему автор стал рисовать поверх дорогого ему образа резкие черты колхозниц в жестких приёмах соцреализма?
• Мы здесь видим почти канонический образ Пушкина, он слишком невесомый, неземной, -задумчиво произнёс оппонент в бежевом. -Так изображают святых. Может, всё дело в выражении лица с посмертной маски поэта, с которой рисовался образ? Жуковский так описывал своё впечатление у постели умершего друга: « Никогда на лице его я не видел такой глубокой, величественной, торжественной мысли...Всё земное отделилось от него с прикосновением смерти... » Его запомнили со светлым выражением на бледном лице, одухотворенным и сосредоточенным. И очень спокойным.
• Интересная мысль, убедили...Надо запомнить эту версию. Позвольте узнать, кем Вы работаете? - оживилась Светлана Викторовна.
• ...Филолог, - замявшись, ответил знаток Пушкина.
• Наша экскурсия подошла к концу, благодарю всех за внимание. Можете проходить в другие залы,- радушно улыбнулась Римская-Корсакова.

Человек десять вышли из лаборатории, оборачиваясь и благодаря за интересную лекцию. Я, стесняясь, подошла со своим дипломом к заведующей отделом.

• Так это Вы, деточка! Милочка моя, а мы вас давно поджидаем! - всплеснула она руками. - Добро пожаловать в музейное закулисье!..

    Через два часа, после знакомства с лабораторией и кругом своих обязанностей, я сидела в теплой компании экспертов за чайным столиком -  и меня пичкали печеньем, конфетами и пирожными, постоянно подливая чай в старинную кружку.

• Виртуальные отделы музея - вещь хорошая, - продолжая, видимо, давно начатый спор, доказывала Мария Гуренович, приятная женщина лет сорока в брюках. - Но настоящего впечатления от полотна зритель не получит. В музее мы не раз подмечали, как люди подолгу стоят перед одной картиной, жадно в неё вглядываясь, как будто вдруг увидели невидимое, откровение какое-то... Я наблюдала, как женщина плакала перед картиной Александра Иванова «Явление Христа Марии Магдалине после воскресения». Она смотрела в налитые влагой глаза грешницы и вытирала свои слёзы. Перед экраном, монитором этого не испытаешь...
• Ой, а у меня такое было, когда я с дочкой на юге была, и попали мы в Сочинский музей изобразительных искусств — в центре города... Роскошный музей, надо сказать, мы прямо удивились такому размаху... - вступила в разговор Светлана Викторовна. - Вхожу в главный зал на втором этаже и с порога вижу — это он, наш Пушкин! Мимо всех картин иду к самой дальней стене, ни на кого не могу смотреть...Борис Валентинович Щербаков, «Пушкин в Петербурге», 200 см x 150 см, холст, масло, 1948 год. Вы помните эту картину? Можете хоть в телефоне открыть, это надо видеть... Представьте:  холодный зимний Петербург, Нева, заснеженная набережная, нам навстречу идёт Поэт, задумчиво и с интересом глядящий чуть вправо. Шуба развевается на ходу! Руки — мускулистые, живые...сразу увидела его любимую трость, которою он легко поигрывает. И этот жест, это движение... энергия, одухотворённость, в глазах — поэтический огонь... У меня слёзы выступили. Двинуться с места не могла, наверное, полчаса так стояла. Картина огромная, два метра в высоту. Пушкин совсем живой - и красивый такой в своём внутреннем свете! Кажется, сейчас он повернётся - и нужно будет поздороваться, потому что мы столкнемся. На заднем плане в правом углу две фигурки: дама идет под руку с важным офицером -  и просто извернулась вся, чтобы посмотреть, оглянуться на Пушкина...

   Дочь моя два раза подходила, смотрела на меня испытующе, не поняла сразу, что с моим лицом. А я так и стояла, каждую деталь, каждый масляный мазок подмечала. Пальто у Александра Сергеевича с меховым воротником, и каждая снежинка на нем видна. А в голове звучит, не уходит: «Морозной пылью серебрится его бобровый воротник...»

• Так, «Евгений Онегин» пошел, Светлана Викторовна села на любимые сани, - усмехнулся информатик Сергей Сирро и начал уже приподниматься с места.

   - Нет, подождите, это важно...Я иногда понимаю, в чём секрет необычайной притягательности пушкинских стихов, вслушайтесь, как звонко, радостно, бодро звучит - «морозной пылью серебрится его бобровый воротник...» - восторженно, нараспев декламировала заведующая, и каждое слово как бы выплывало в воздухе и висело над нами. - Все согласные звонкие, сонорные, гласных много. Гласные — это поэтическая влага, как Блок говорил, это делает строку музыкальной. И согласные, получается, тоже певучие. И гениальным поэтом становится тот, кто виртуозно сочетает такое волшебное звучание строки с прекрасным смыслом...

    Женщины качнули головой в знак согласия, задумались. Информатик молчал, сосредоточенно нахмурив брови, опираясь подбородком на руку.

• Вот я и говорю, что настоящая картина, подлинник, - это душа художника, запечатленная в красках и линиях,- продолжала свою мысль Мария. - А по фотографии, на экране душу эту мы не можем разглядеть, нам не почувствовать радости общения с мастером, мы не можем вести с ним диалог. И вовсе не поймем, что хотел сказать художник через своё творение...Какую-то одну десятую осознаем, а может, и того меньше. Ведь качество снимков разное. Это то же самое, что читать «Капитанскую дочку» в кратком пересказе.

   И ещё много интересного привелось мне здесь услышать: почему картин Бориса Щербакова нет в Русском музее, есть лишь в виртуальном отделе, а все они рассредоточены в частных коллекциях (особенно за рубежом) и принадлежат разным музеям стран СНГ; почему даже Айвазовский стремился запечатлеть Пушкина - и сколько картин у великого мариниста посвящено поэту (их девять!); почему Репин помогал Айвазовскому выписать образ Александра Сергеевича...

Я вся превратилась в слух, желая наслаждаться  тайнами искусства без перерывов; женщины, соглашаясь, кивали, поддерживая своими замечаниями самозабвенного руководителя. Но информатик поднялся из-за стола первый, показывая, что обед подошел к концу и надо работать. Нас ждала картина Петрова-Водкина, спектроскопия, инфракрасная рефлектография, решался вопрос, как теперь представлять картину «Колхозницы» в экспозиции.

   Так прошёл мой первый день в Русском музее, и с каждой минутой я всё больше влюблялась в этих людей, что хранят загадки и легенды ушедшей эпохи. С благоговением присматривалась ко всему, что они делают, как обсуждают процессы изучения картин и старинных предметов, как понимают друг друга с полуслова. И мне так захотелось, чтобы мои скромные знания были полезны в этих бесценных исследованиях, чтобы я тоже могла сказать вместе с ними: «Мы хранители русской культуры — и русской души».